РАЗГОВОРЫ

Разговоры на улице Ленина
(еврейский Тульчин в полевых записях 2005–2006 годов)

Александр Львов
Выпускник факультета этнологии,
научный сотрудник Межфакультетского центра «Петербургская иудаика»

Фото Светланы Николаевой

В городе Тульчине, районном центре Винницкой области, есть дворец Потоцкого, памятник Суворову, дом Пестеля, обувная фабрика и евреи. Впрочем, дом Пестеля недавно, говорят, развалился. Когда-то и евреев здесь было много, а сейчас, говорят, осталось около двухсот. Когда-то Тульчин был одной из столиц хасидизма, резиденцией знаменитых цадиков. Сегодня это один из немногих бывших штетлов, где евреи продолжают жить.

В этой продолжающейся жизни не стоит искать полного сходства с образом традиционной восточно-европейской общины. Катаклизмы XX века отделили еврейское общество от еврейского книжного знания, уничтожив и рассеяв по свету образованных людей и саму систему традиционного образования. На месте осталось лишь обезглавленное еврейское сообщество – коллективное тело со своими привычками, старыми и новыми, «советскими» и «еврейскими», со своей памятью, желаниями, надеждами.
Советское время обычно связывают с подавлением, если не с полным уничтожением еврейской общинной жизни. Но в Тульчине это время вспоминают иначе: «было много евреев». Возрождением общин, получающих помощь от «Джойнта», совпало по времени с особенно быстрым уменьшением численности еврейского населения – в 5 раз с 1990 по 2005 годы. Потому-то, наверное, для жителей Тульчина «настоящая еврейская жизнь» связана не столько с этим возрождением, сколько с их собственным недавним прошлым, которое пришлось на советское время. Рассказать о советской еврейской жизни, проследить ее связи с современностью и с далеким прошлым – задачи Музея еврейской устной истории

В Тульчине эта жизнь была связана с улицей Ленина, она же – Главнэ-гос. Здесь евреи, как говорят, собирались кучками: договаривались о делах, обсуждали новости, сплетничали, совершали, взявшись под руки, ежевечерние прогулки, держали ларьки с газированной водой. На этой улице, сохранившей свое советское название по сей день, работала и наша экспедиция. «Разговоры на улице Ленина» – это наши впечатления от города, в жизнь которого мы включились на короткое время. Вы найдете на выставке именно это – разговоры на фоне тульчинских улиц.
Из наших исследований мы отобрали для выставки несколько тем: ментальная карта еврейского города, сословная и профессиональная структура общества, традиции еврейской свадьбы, межэтнические отношения. Выбор и последовательность фрагментов интервью, короткие комментарии к ним отражают логику авторов каждой из пяти презентаций. Однако нам хотелось передать также и то, что обычно исчезает в академических публикациях и докладах: звучание голосов, интонации наших информантов.
Наверное, всем полевым исследователям знакомо желание возвращаться много раз к любимому фрагменту интервью, находить в нем новые смыслы, замечать новые детали: неожиданные переходы и паузы, выбор слов, оговорки, умолчания или, наоборот, излишне подробные ответы. Лишь немногое из обнаруженных смыслов попадает в статьи. Но на выставке эти наши «любимые» фрагменты представлены целиком, как они есть. Вы можете найти в них что-то свое, незамеченное нами.

«Разговоры на улице Ленина» можно не только слушать – в них можно участвовать. Вместо обычной книги отзывов мы предлагаем Вам микрофон. Вместо обычных благодарностей Вы можете оставить нам свой комментарий к услышанному, рассказать о похожих случаях и людях или просто о том, что Вы считаете важным для Музея еврейской устной истории.
Как и любой разговор, наша выставка меняет свои темы. Приходите к нам снова.

 

1. Такая вот Капцановка (А. Соколова)
Тульчин, по мнению его жителей, это настоящий город, штут, но его еврейское прошлое принято связывать с понятием «местечка» - штетла. Поэтому на ментальной карте Тульчина появляется особая территория, наделенная чертами «настоящего еврейского местечка» – Капцановка. Это – потаенный еврейский мир, существовавший будто бы за пределами официозной улицы Ленина. Это – воображаемое пространство еврейской старины, которое можно увидеть лишь с помощью местных жителей, перемещающих Капцановку на топографический уровень. Они соотносят ее с конкретными местами и зданиями, существующими и утраченными. Сейчас вы сможете побывать в Капцановке сами.

2. «Приличные люди»: ихес (А. Кушкова)
У евреев всегда ценился ихес – высокое происхождение. Было почетно быть коэном или левитом, иметь известного предка – например, знаменитого раввина, цадика, автора книги. Ихес как накладывал на человека определенные обязательства, так и предоставлял особые возможности для участия в общинной жизни (разрешение конфликтов, дела благотворительности и т.д.), в выборе брачного партнера и профессиональной деятельности. Что происходило с понятием «ихес» в советское время и что происходит сейчас? Какие старые смыслы ушли и какие новые появились? О ком теперь можно сказать «большой ихес» (а гройсер ихес) и что это значит? Насколько важен ихес сегодня?

3. Профессии еврейского местечка (М. Хаккарайнен)
Не секрет, что в еврейской среде ценится образование и отдается предпочтение умственному труду. Тем не менее, рассказывая о своей традиции, жители бывших местечек уделяют особое внимание ремеслам. В разных контекстах рассказы о старых еврейских профессиях выполняют различные функции: намечают точку отсчета для успеха семьи, рассказывают о непревзойденных умениях местных мастеровых, утверждают ценность старинных занятий. Они также придают особый колорит воспоминаниям о прошлом местечка.

4. Настоящая еврейская свадьба (В. Федченко)
В назначенный день на еврейскую свадьбу собирается полместечка. К предстоящему торжеству все тщательно готовятся: достают из шкафов лучшие наряды, покупают дорогие подарки, прячут в конверты внушительные денежные суммы. Где, как не на свадьбе, можно продемонстрировать свой социальный статус? Конкурентные отношения между жителями местечка обеспечивали неизменную интригу свадебного торжества. Не обходилось и без ссор. Наверное, поэтому за свадебным столом особенно уместно звучали слова песни «Ломир зих ибербетн»: «Давай помиримся, стань хоть немного лучше!»

5. Межэтнические отношения: угощение мацой (А. Львов)
Даже в самых далеких от религии еврейских семьях на Песах едят мацу. Евреи угощают этой мацой своих знакомых и друзей, среди которых много украинцев и русских. Для некоторых из них маца является не просто разновидностью хлеба, но – чужим религиозным символом, о котором к тому же ходят самые страшные слухи. Сложившиеся вокруг мацы мифы превращают обычную практику угощения в своеобразный индикатор отношений между «евреями» и «православными».